Циолковский. Калуга. Космос. Часть 32. Велосипед

23.04.2021

Константин Эдуардович был большим поклонником физической культуры. В раннем детстве научился кататься на коньках, и увлечение это осталось у него на всю жизнь. Любил воду, прекрасно плавал.

А в 1902 году познакомился с велосипедом. Об этом увлечении вспоминали многие, знавшие ученого. Александр Ассонов рассказывал: «Однажды летом я поехал на велосипеде в Загородный сад. Первая аллея у забора была отведена для езды и учения на велосипедах. Остановившись отдохнуть, я увидел, что ко мне подходит Константин Эдуардович, как всегда в плаще-крылатке, в темной шляпе. «А, — говорит, — научились уже». Я с воодушевлением заговорил о езде на этой «машине». Он осмотрел спицы, колеса, руль и сказал: «Нерациональная трата энергии». Но, через несколько месяцев  купил и себе за 50 рублей велосипед, очень старый, но годный, и мы на долгие годы стали постоянными спутниками по велосипедной езде. Обычно наш маршрут лежал через речку Яченку, мимо старой мельницы, через плотину лугами до городского бора и дальше – по берегу Оки… В реке купались. Константин Эдуардович плавал, как рыба, и говорил, что плавать надо винтообразно».

Подтверждал этот рассказ и сам Циолковский: «Поблизости моей квартиры был Загородный сад. Я часто ходил туда думать или отдыхать — и зимой, и летом. Однажды встретил там знакомого велосипедиста. Он предложил мне поучиться ездить на велосипеде. Попробовал, но безуспешно – все падаю. Тогда я заявил: «Нет, никогда я не выучусь кататься на двухколеске». На другой год (в 1902 г.) купил старый велосипед и в 2 дня научился. Было мне 45 лет. Велосипед был для моего здоровья чрезвычайно полезен: улучшил легкие и развил мускулы ног. Я стал менее задыхаться при восхождении на гору, но ослабился интерес к конькам и водяному спорту».  Из собственного дома Константин Эдуардович стал ездить в бор, а не в Загородный сад, так как крутая гора затрудняла подъем. Из лесу он привозил жене незабудки и ландыши,  иногда один или два больших гриба.

Когда было настроение, он уезжал на велосипеде в городок Перемышль, верст за 30 от Калуги, где жили родственники Варвары Евграфовны. Ее племянница, Р.И.Георгиевская писала: «Когда у Константина Эдуардовича появился велосипед, он почти каждое лето приезжал в Перемышль к моим родителям. Ему нравилась чудесная дорога туда. Приезжал он обычно перед вечером, пил чай, немного ел и начинал свои рассказы. Чтобы послушать Константина Эдуардовича, к нам в дом собирались двоюродные  братья и сестры – а было их человек пятнадцать… Константин Эдуардович рассказывал о многом: о своей работе учителя, о земле и небе, о жизни и смерти, о научных работах. Один раз, рассказывая о признании его трудов иностранными учеными,  он посмотрел на меня и сказал: «Вот какой у вас дядюшка!».  Засмеялся и добавил: «Я шучу, шучу».

Так в разговорах проходил вечер. Моя мать готовила ему постель на диване. Но постель оставалась обычно несмятой: Константин Эдуардович не мог спать на новом месте. Он выходил на улицу, смотрел на небо, усеянное звездами, наслаждался запахом зреющих плодов и думал, думал… А утром, когда мы просыпались, Константина Эдуардовича в Перемышле уже не было.  Однажды мы не могли понять, как он вывел велосипед и вышел из дома, так как обе двери оставались запертыми изнутри. Оказалось, что велосипед Константин Эдуардович вывез через дверь, вернулся, запер ее на внутренний крючок, а сам вылез в окно…». Кстати, незадолго до смерти, будучи уже совершенно больным, он решил отправиться на велосипеде в Перемышль, доказывая, что там ему станет лучше. Едва отговорили его родные и врачи от этой поездки.

Когда Циолковский купил себе новый велосипед (рассказ о нем будет позднее), то старый «Дукс» отдал внукам, чтобы и они научились кататься. Однажды, вернувшись с прогулки и тщательно протерев свой новый красавец-велосипед, дед вдруг увидел на террасе весь в грязи старый «Дукс». Он с возмущением осмотрел его, вызвал старших внуков и заставил их не только до блеска вычистить старинную машину, но и подтянуть все крепления. Константин Эдуардович любил, чтобы все вещи были в образцовом порядке. После его смерти младшие внуки и сами катались на этом велосипеде, и давали его друзьям. Тогда была потеряна одна  из педалей.

В 1936 году велосипед был передан в музей и стал достоянием истории.  В 60-е годы он  был прекрасно отреставрирован, только педаль, подобную потерянной, долго не могли найти.  И однажды произошел курьезный случай. Как-то пришел в музей старик, который жил по соседству с парком Циолковского. Осмотрев велосипед, он неожиданно изрек: «Во-во! Я сам видел его в Загородном саду как он лихо крутил шатун без педали!». Пришлось объяснять, что Константин Эдуардович  никогда бы не допустил этого. Велосипед, как, впрочем, и рабочий инструмент,  всегда был у него в полном порядке. А доломали велосипед  внуки ученого.